Заглянуть в советскую бездну
" осиновый кол в самое черное сердце советской власти, которая второй век измывается над народом России".
У этого моего утверждения есть своя история, история того, как
sturman_george заглянул в советскую бездну.
Как то давно, в наше деревенское поместье забрел мужичок. Пошел дождь и проходящий мимо мужичок спрятался от него под навесом. Был этот человек чуден: маленький, плюгавенький и говорил чудно. Отец вышел и разговорился со странником. Оказалось, мужичок - бывший заключенный, теперь работает по деревням печником, печки починяет. Наша печка в то время начала вдруг дымить и странника пригласили в дом посмотреть ее.
Слово за слово, и чудной, с его странными присказками и прибаутками, был приглашен к обеду. Когда начали резать хлеб к столу, чудак вдруг замолк. А затем, как-то просяще-испуганно, сдавленным голосом просипел:"Не режьте!" Да, надо сказать, что принято у нас хлеб нарезать тонкими ломтиками.
Увидел мужичок это и запротестовал. Затрясся аж весь и только и смог выдавить из себя: вспомнил, дескать, как отрезал голодным сестренкам от советской пайки такие же тонкие ломтики хлеба.
И только смог показать рукой рост своих сестренок. Не выше стола, лет им наверное было 6 или 7.
Больше ничего он не сказал.
Да и не надо было.
У этого моего утверждения есть своя история, история того, как
Как то давно, в наше деревенское поместье забрел мужичок. Пошел дождь и проходящий мимо мужичок спрятался от него под навесом. Был этот человек чуден: маленький, плюгавенький и говорил чудно. Отец вышел и разговорился со странником. Оказалось, мужичок - бывший заключенный, теперь работает по деревням печником, печки починяет. Наша печка в то время начала вдруг дымить и странника пригласили в дом посмотреть ее.
Слово за слово, и чудной, с его странными присказками и прибаутками, был приглашен к обеду. Когда начали резать хлеб к столу, чудак вдруг замолк. А затем, как-то просяще-испуганно, сдавленным голосом просипел:"Не режьте!" Да, надо сказать, что принято у нас хлеб нарезать тонкими ломтиками.
Увидел мужичок это и запротестовал. Затрясся аж весь и только и смог выдавить из себя: вспомнил, дескать, как отрезал голодным сестренкам от советской пайки такие же тонкие ломтики хлеба.
И только смог показать рукой рост своих сестренок. Не выше стола, лет им наверное было 6 или 7.
Больше ничего он не сказал.
Да и не надо было.